bookmate game

Сельма Лагерлёф

Шведская писательница, первая женщина, получившая Нобелевскую премию по литературе (1909) и третья, получившая Нобелевскую премию (после Марии Кюри и Берты Зуттнер).
Lebensjahre: 20 November 1858 16 März 1940

Zitate

Антонина Боброваhat Zitat gemachtvor 9 Monaten
Дикие гуси опускались ниже, чтоб их лучше было слышно, и призывно кричали:
— С нами! С нами! Мы научим вас плавать и летать!
Домашние гуси злобно шипели и не удостаивали их ответом.
Тогда дикие гуси опускались еще ниже, так низко, что почти касались лапками земли, а потом вдруг с мол­ниеносной быстротой взмывали ввысь, словно кто-то гнался за ними.
— Ой, ой, ой! — кричали они. — Разве это гуси?! Это просто овцы! Это просто овцы!
Оставшиеся на земле домашние гуси, задыхаясь от злости, орали им вслед:
— Чтоб вас всех подстрелили, всех до одного! Всех до одного!
Антонина Боброваhat Zitat gemachtvor 8 Monaten
м бы оставить в покое малую стаю черных крыс из замка Глиммингехус, раз уж они, серые, завоевали всю остальную страну. Но где там! Серые крысы уверяли, что для них — дело чести раз и навсегда покончить с черными. Те же, кто хорошо знал серых крыс, понимали: Глиммингехус нужен им потому, что люди превратили замок в хлебный амбар, и серые не успокоятся, пока не захватят его.
Дарья Игнатенкоhat Zitat gemachtvor 2 Jahren
Слушая шутки и перебранку гусей, Нильс смеялся. Потом вдруг вспоминал о беде, что сам навлек на себя, и горько плакал. Но немного погодя снова смеялся.

Ersteindruck

kittymarahat einen Ersteindruck geteiltvor 2 Jahren
💡Viel gelernt
🎯Lesenswert
👍Lesenswert

Такой вот мягкий, продуманный, скандинавский предфеминизм

Заметила, что именно в книгах скандинавских и английских писательниц того времени очень сильно ощущается предвестие духа феминизма. Но если у британок выражение идеи достаточно агрессивное, по моим личным ощущениям, то у скандинавок как-то получалось более продуманно, не раздражающе. Там, где всякие там джейн эйр выходили замуж, только заимев свои деньги и мысленно благодаря автора за инвалидность будущего супруга, здесь придурошный мужик обижает женщину, и она как бы склоняется перед его финтами, но не ломается, казалось бы, покоряется неизбежному, но по результату все равно торжествует победу. Причем, как-то это все происходит не обидно для самодура. Хотя кое-кого стоило бы макнуть в его же нечистоты по самую маковку, ибо заслужил.

Прочитала все три части. И они неравноценные. Самая атмосферная - первая, в которой призрак бравого шведского Енерала неистово кошмарит округу, ибо из его могилы посмели похитить перстень, жалованный самим Амператором карлом, что ли. И никому через сие низкое злодейство нет покоя. Эти шведы прошлых времен, не то что сейчас. Это были огого какие зловредные рубаки. Так что через козни покойника пострадало немеряно народу, включая его потомков. Ибо перстень должОн быть возвращен и никаких гвоздей во крышку гроба. В общем, возвернули таки, то есть почти хэппи энд, правда не для всех.

А дальше началось несколько затянутое повествование о всяких побочных ветвях сего славного рода. Особливо об одном из отпрысков, который имея прекрасную мамашу-фею-музу-и-так-далее и все необходимое для успешного жизненного старта, ударился в религию. И это на самом деле - не катастрофа. Катастрофа выразилась в том, что ежели заставить дурака богу молиться... Причем, расшибал он там не только свой лоб, многим неслабо досталось. И мамаше, и невесте, и еще одной невесте, и даже преданной фанатке-аки-маньячке.
И все они так или иначе нянчились с этим недоделанным ревнителем веры и опосля всяких его откровенно глупых или подловатых заскоков бесконечно отвечали добром. Даже маньячка, преследуя низменные цели, боготворила предмет обожания. И не сказать, что он был плохой человек. Нормальный религиозный, донельзя экзальтированный, фанатик, которому надоть было ни под каким соусом не связываться с женщинами, а самому нести свой крест, выражающий в виде полной категоричности и черно-белого взгляда на мир. Что в конце концов и произошло, и пошло всем только на пользу.

Короче, я тут было думала, что мужская слабость в той или иной степени перед женщинами - это некая фишка современной скандинавской литературы. А тут вижу, что нет. Надо будет почитать классиков-мужчин, чего они там писали об отношениях полов. Потому что сейчас их писатели вне половой принадлежности ваяют опусы о сильных женщинах и слабых мужчинах.
Собственно, у той же лагерлеф в ее трилогии наблюдаются не только самодуры и тираны, но полусамодуры и полутираны, и хорошие мужики, но как-то их всех так или иначе строят фру самых разных мастей. Такой вот мягкий, продуманный, скандинавский предфеминизм.

  • Сельма Лагерлёф
    Перстень Левеншельдов
    • 194
    • 29
    • 5
    • 9
    ru
    Bücher
  • kittymarahat einen Ersteindruck geteiltvor 2 Jahren
    👍Lesenswert

    Пирожок из корюшки

    Совершенно прелестный цикл рассказов о детстве в поместье во шведской сельской местности. Это, похоже, были времена, когда там еще встречались людищи щедрые аки нашенские людищи. Прямо-таки повеяло чем-то роднецким опосля прочтения о нравах, царящих в семействе лагерлеф. Впрочем, чего уж там в саду у них обретались астраханские яблони. Неспроста, неспроста. Ибо ты - это и то, что ты ешь.

    О, эти дни рождения главы семейства, обставленные с небывалым размахом аки народные гуляния. Где не жалели ни еды, ни питья. И запросто так могли накормить ребятишек в количестве шестидесяти человек, внезапно нагрянувших на праздник. И это, не считая остальных гостей.
    Но все же есть у меня подозрения, что этакий поручик лагерлеф был один-единственный на все швеции. Хаха.

    Ну, и помимо этого лагерлеф, конечно же, рассказывает об остальных членах семейства, в которую входят не только там мама, бабушка, дедушка, тетушка, братья-сестры и прочие кровные родственники. Но в том числе и няни, экономка, конюхи, скотницы и прочие люд, который зачастую оказывался ближе, казалось бы, родных по крови.

    Так же можно прочитать об истории возникновения и развития самой морбакки - фамильного гнезда семейства. Началось все с пары мазанок в пустынной местности и продолжалось даже после смерти корифеев. Кое-какие прекрасные начинания поручика и его близких выстрелили много позже и стали приносить пользу людям в будущем, когда лагерлефы уже покоились на местном кладбище.

    И еще в книге немало всяких забавных рассказов о старых временах и всяких людищах и зверищах, и откровенных баек. Лично мне доставил особенно много удовольствия рассказ о корюшке. Папаша сельмы очень уважал рыбку, больше любого мяса. И когда по весне в местном озере начинался нерест корюшки... то начиналась большая драма семейства лагерлеф, вынужденных нюхать рыбий дух во время чистки и вкушать рыбные лепешки на завтрак, обед и ужин.
    Очень знакомая для меня ситуация, ибо по весне со мной происходит то же самое. Ну разве что лично я ем в этот "прекрасный" период мясо-мясо-мясо и никаких рыбных гвоздей на моей тарелке. Ахаха. Нда.

    Ну, а в общем и в целом, эта книга, можно сказать, без единой ложки дегтя в виде горькой действительности. То есть совершенно идиллическая история о семействе с маленькими, еле заметными занозами, несмотря на то, что у маленькой сельмы, к примеру, были серьезные проблемы со здоровьем. Но, видимо, взрослая сельма захотела описать именно такую картину своего детства и имела на это полное право. Кто видит, тот увидит все, что было в реальности, и за яркими и безоблачными декорациями.

  • Nicht verfügbar
    Сельма Лагерлёф
    Морбакка
    • 228
    • 20
    • 4
    • 26
    ru
  • Dzianis Jackievičhat einen Ersteindruck geteiltletztes Jahr
    💡Viel gelernt
    👍Lesenswert

    Как любителю природы и путешествий, мне понравились эти сказки. Природа в них занимает важное место, роли людей во многих второстепенны. От этого взгляду открываются интересные перспективы

    fb2epub
    Ziehen Sie Ihre Dateien herüber (nicht mehr als fünf auf einmal)